Джудит О`Брайен - Алая роза Тюдоров

И вдруг она поняла: он прощался с ней навсегда. Дини сделала еще одно отчаянное усилие, чтобы пробиться к любимому, выкрикнула его имя, но тут земля словно разверзлась под ней, поднялся неописуемый рев, а потом все исчезло.

Саффолк поджег последнюю петарду, спрашивая себя, когда уточка и селезень, которых он отпустил полетать, вернутся назад в гнездышко. Продолжая раздумывать над этой весьма волновавшей его проблемой, он двинулся к выходу из парка и тут заметил вельможу в богатом голубом камзоле, который спешил по направлению к лабиринту, размахивая листом бумаги, словно знаменем. С некоторой долей раздражения Саффолк узнал герцога Норфолка и пожалел, что слишком мало выпил – в трезвом виде он совершенно не мог общаться с новым фаворитом короля.

– Я получил его, получил! – крикнул Норфолк. Его лицо сияло.

– Что же ты такое получил, Норфолк, что кричишь об этом на весь парк? – мрачно осведомился Саффолк. – Неужели бессмертную душу? Сомневаюсь. Пока что у тебя есть золотушный сын, который в эту минуту кинулся вслед за герцогом Гамильтоном и его кузиной, когда им вздумалось уединиться в зарослях.

Норфолк поднял руку, показывая, что с пренебрежением относится ко всем выпадам Саффолка.

– Я получил предписание на арест вышеупомянутого герцога Гамильтона и его так называемой кузины мистрис Дини Бейли, – торжествующе сообщил он, потрясая перед носом Саффолка своей бумагой.

– И какие обвинения выдвинуты против них? – спросил Саффолк и вырвал лист из пальцев Норфолка.

– Обвинения в измене!

– Не может быть, – пробурчал Саффолк, внимательно изучая документ. Предписание оказалось подлинным, подлинной была и большая королевская печать, скреплявшая его.

Норфолк вынул из-за складок широкой накидки весьма странную книгу – страницы ее блестели, словно покрытые лаком, а на них красовались очень красивые картинки, снабженные крохотными подписями.

Туристический справочник по дворцу Хемптон-Корт.

– Эта книга предсказывает дату смерти нашего государя, – самодовольно произнес Норфолк. – Надпись на книге свидетельствует, что она принадлежит Дини Бейли. Они вместе колдовали, дабы сократить земную жизнь нашего обожаемого монарха! Вряд ли одна только женщина способна на подобное сложное колдовство. – Неожиданно Норфолк с подозрением прищурился. – А ты, Саффолк? Что привело тебя к лабиринту, где бушует огонь и грохочут взрывы?

Саффолк довольно хладнокровно перелистывал страницы этой необыкновенной книги. Он на минуту задержал внимание на странице, где был его собственный портрет – изображение обрюзгшего, старого человека. Там был и портрет Марии Тюдор в молодости – опять же в компании с Саффолком, только совсем юным. Маленькая ладошка Мери покоилась на его сильной и большой руке. Под портретами были обозначены какие-то даты, но Саффолку не захотелось всматриваться. Он предпочитал не знать.

Так вот в чем заключалось колдовство мистрис Дини и Кита. Саффолк снова пожелал им от души найти счастье и покой. Нет, в измене их обвинить было нельзя. Их можно было осудить только за один грех – за любовь.

Разглядывая книгу, он между тем исподтишка наблюдал за Норфолком, который внимательно рассматривал следы от взрывов пороховых петард, весьма подпортивших зеленую лужайку парка. Саффолк помнил, что один пороховой заряд так и не воспламенился – он плохо подсоединил бикфордов шнур. Двигаясь очень осторожно, герцог быстро разыскал пороховой заряд, снова подсоединил бикфордов шнур и поджег его. Прежде чем отойти на безопасное расстояние, Саффолк сунул «магическую книгу» Дини под мешочек с порохом и улыбнулся с. чувством исполненного долга.

Снова присоединившись к Норфолку, он как ни в чем не бывало принялся разгуливать с ним по парку, стараясь, впрочем, держаться подальше от горящей петарды. Через минуту в парке прогремел взрыв – теперь и в самом деле последний.

– Опять! Опять! – закричал Норфолк, лицо его пошло красными пятнами. Затем он с подозрением уставился на Саффолка.

– Где она? Где моя книга? Король ее до сих пор не видел, ты, негодяй! Книга – вещественное доказательство измены. Генрих подписал приказ на основании моего доклада! Я еще сказал ему, что в этой колдовской книге предсказана ранняя смерть Эдуарда, принца Уэльского. Он никогда не поверит мне без этой проклятой книги.

Саффолк, улыбнувшись, ткнул пальцем в небо: по воздуху носились кусочки пепла от сгоревшего доказательства.

– Пойдем, Норфолк, выпьем за наше будущее процветание.

Норфолк затопал ногами от злости, не в силах подобрать ругательства, соответствующие тяжести совершенного Саффолком проступка, хотя обычно он за словом в карман не лез.

Саффолк рассмеялся.

– Мне, пожалуй, пора, Норфолк, – бросил он в лицо рассвирепевшему герцогу. – Не желаю быть свидетелем нового взрыва. Судя по тому, как кровь бросилась тебе в лицо, на этот раз взорвется твоя глупая голова, и грязи при этом будет куда больше. Прощай.

С этими словами Саффолк отправился на поиски веселой компании и холодного эля.

Что-то царапало ей лицо.

Дини попыталась было раскрыть глаза, но, увидев вокруг шипы и острые листья, опять зажмурилась. Она попробовала подвигать руками и ногами, но оказалось, что и ноги, и руки застряли, будто в ловушке, и малейшее движение причиняет ей острую боль. Одна рука была словно пришпилена у нее над головой, а ноги вообще не касались земли.

– Кит, – прошептала она, чувствуя, как куда-то съезжает. Ее красное бархатное платье стало постепенно рваться по шву по мере того, как девушка сползала на землю.

И тогда до нее дошло, что случилось. Она оказалась в самой середине непролазных кустов живой изгороди, причем это были не молоденькие растения, а толстенные, грубые кусты с шершавой корой и колючками. Их возраст измерялся десятилетиями – нет, какими десятилетиями – веками!

– Дини, ты где? – взывал к ней мужской голос.

«Интересно, кто это? Кит?»

– Да здесь я, здесь, хвала Господу! – Извиваясь, словно змея, девушка ухитрилась высвободить руку и даже помахать. Теперь ей даже удалось кое-что рассмотреть – в проходе лабиринта был человек, мужчина. Она заметила, что у него на боку висит меч.

Человек, нагнувшись, принялся раздвигать кусты своим оружием.

– Кит! Помоги мне! Здесь Суррей. Он хочет меня убить.

Кто-то засмеялся. Это был мужской голос, и очень знакомый.

Но это был не Кит.

Натан Бернс, режиссер видеоролика, – вот кто это был!

И вовсе не меч он держал в руках, а свой идиотский стек.

Смех прекратился.

– Слушай, а ведь ты в самой гуще зарослей акации. Как, скажи на милость, тебя туда занесло?